УПЦ МП и гонения: ожидания и реальность

2019-02-12 02:13:08: РИСУ

Ну, что. Можем себя поздравить с двумя важными событиями.

Во-первых, это получение долгожданного томоса о признании нашей автокефалии. Для кого-то это было нетерпением ожидаемо, а для кого-то – катастрофа и трагедия.

Во-вторых, это, наконец, волевые усилия власть предержащих по принятию двух ключевых Законов, регламентирующих юридическое упорядочение деятельности религиозных организаций в Украине – так называемый Закон о переименовании (о необходимости указания в названии религиозной организации руководящего центра), и Закон о смене церковной юрисдикции). Разумеется, оба нормативных акта еще должны пройти обкатку «на местности», в результате чего могут выявиться какие либо недочеты. Но глобально проблема, не решаемая десятилетиями, и приведшая к огромному числу манипуляций с сознанием верующих (и уставной документацией религиозных общин), начала решаться. И вишенка на этом торте – инвентаризация Министерством культуры музейных ценностей и памятников архитектуры, находящихся в пользовании отдельных религиозных организаций.

В УПЦ МП постарались серьезно подготовится к этим неприятностям. И внесли в устав РПЦ указание, что центр управления УПЦ МП находится в Киеве, и уставы своих общин загодя конфисковали в пользу епархиальных управлений, и максимально юридически закрепостили общины в пользу прихотей правящего епископа. И с помощью РПЦ и российских политиков провели разъяснительные беседы с представителями поместных церквей на предмет упорного непризнания ПЦУ. И такая незадача.

В этой ситуации спикеры и духовные лидеры УПЦ МП избрали довольно примитивные тактики которые, тем не менее, во многих случаях работают:

- наш центр управления находится в Киеве;

- наша перерегистрация с упоминанием Московского патриархата – гонения, нарушения свободы совести;

-богопротивная инвентаризация в наших «святых местах» - дискриминация религиозных организаций и кощунство;

- свободный выбор юрисдикции общинами – рейдерство;

- томос ненастоящий, подаренный раскольниками (Константинополем) раскольникам (объединившимся автокефальным церковным структурам);

- автокефалия – политический проект под выборы;

- новую автокефальную церковь не признаем, мы единственная каноническая структура в Украине;

- переход в ПЦУ – предательство канонов, истинной веры и лично митрополита Киевского Онуфрия (Березовского).

Некоторые из этих тезисов настолько примитивны («инвентаризация лавр – кощунство»), что их даже нет смысла рассматривать. Поэтому сосредоточимся на самых популярных способах контроля над умами верующих.

С центром управления УПЦ МП постоянно происходят странные манипуляции. В начале 90-х верующих этой церкви удерживали требованиями сохранять верность Москве. Регулярно проводились, которую духовно олицетворяет РПЦ.

Особо рьяные священники даже «Русская православная церковь» - в нарушение положений собственного устава.

Уже не будем упоминать одиозное украинофобское поведение представителей УПЦ МП в 2013-2014 гг. Такая дерзость основывалась в первую очередь на непоколебимой вере во всемогущество России и ее поддержке в случае недовольства власти или общества. Но что-то пошло не так, и пришлось переобуваться в воздухе. Возникло снисхождение к непоминанию патриарха Кирилла, появилась терпимость к поддержке своими же верующими ВСУ и добровольцев, ушедших на Донбасс защищать Украину. Священники начали даже отпевать погибших украинских военных и ездить на фронт в качестве капелланов. Но вернуть доверие значительной части общества это не помогло.

И как только замаячила угроза официально визуализировать неофициальную приставку «МП» к УПЦ, было принято корявое решение в самом прямом смысле перенести обратно киевскую кафедру из Москвы в Киев (ирония судьбы, однако). Это привело к эффекту Станиславского «Не верю!», на что киевско-московская кафедра возразила в стиле «а попробуйте докажите, что это не так!». Мол, наше каноническое и молитвенное общение с РПЦ – вопрос духовный и юридически недоказуемый. А то, что мы там что-то прописали в уставе – что мы неотъемлемая часть РПЦ и без нее ломоть, отрезанный от мирового православия – это так, для успокоения РПЦ. Роутер у нас свой, и мы его можем показать, а провайдер далеко. А если нас начнут публично привязывать к РПЦ – то это холокост, гонения, гетто, дискриминация по религиозному признаку и т.д. Хочется спросить, а как УПЦ МП представляет себе хотя бы первичные религиозные признаки гонений, и почему открытое декларирование своей принадлежности к РПЦ (что и прописано в уставе обеих церквей) – холокост и навешивание на робы верующих «звезды Давида» (sic!). Будь жив донецкий батюшка Зосима Сокур, он не понял бы шутки юмора.

Еще один мем, связанный с перерегистрацией – это запугивание масштабными гонениями и нарушением прав верующих и свободы совести.

И тут – прямо ложкой к обеду - Международная правозащитная организация Open Doors представила из 50 стран, где христиане подвергаются преследованиям. Список называется «50 наиболее опасных стран с преследованиями христиан».

Впервые с 2011 года в нем фигурирует Россия – пока на 41 месте, но есть большой потенциал в ближайшем времени обогнать соперников. Чего не скажешь об уровне жизни, где согласно , хранительница ржавых скреп русского мира оказалась как раз посерединке (96 место).

Батюшки, а где же тут Украина – гонительница канонического православия в исполнении Московского патриархата? А нету ее. Даже мелким шрифтом внизу не упоминается. Тут одно из двух: или зарубежные правозащитные организации недосмотрели, или православие Московского патриархата – не христианство.

Но руководству РПЦ и УПЦ МП очень хочется насладиться общемировой публичной поркой Украины как преследовательницы верующих. Однако, вопреки всем стараниям, приворот на гонения до сих пор не сработал – в тех масштабах, за которыми начинается «церковный холокост». Поэтому великие умы русского канонического православия разработали масштабную программу по превентивному противодействию «рейдерским захватам храмов» и приведению юридического наименования украинского филиала РПЦ в соответствие с фактическим его modus vivendi. Не смыкая глаз, пыхтят штатные юристы Киевской митрополии УПЦ МП и внештатные правозащитники под ее же эгидой, предлагая от томоса гонимым различные горячие линии и юридические консультации. Комплектуются боевые отряды защитников канонического православия с применением мышечной силы. Усиленно промывают мозги верующим, что устав – это элемент их православной веры, и его менять – все равно, что менять постановления Вселенских соборов.

А украинская адекватная общественность готовится к провокациям на почве переходов общин УПЦ МП в ПЦУ и истерике «гонимых» в европейских правозащитных организациях. В общем, как говорил один телеведущий, жители метеорита с ужасом наблюдают приближение Челябинска.

«Мы остались единственно каноничными в Украине, остальное фальшивка, и мы ее не признаем никогда. И как один умрем в борьбе за это». Вся эта истерия с непризнанием ПЦУ явно напоминает давку импортных апельсинов бульдозерами в одной богоносной стране. Сами себе объявили санкции и забаррикадировались лозунгами о страданиях за веру – в надежде на повышение уровня внутреннего единства. Однако самоизоляция как раз часто страдает от действия второго закона термодинамики: замкнутая система стремится к энтропии по причине отсутствия притока энергии извне. Кстати, искусственное отталкивание УПЦ МП от своего фактического религиозного центра эту энтропию будет только усиливать, ведь не будет подпитки ни внутри Украины, ни извне от России.

А тем временем ПЦУ уже начала получать позитивные сигналы о своем признании от других поместных церквей, и первой ласточкой стало – о, ужас! – не абы где, а на Афоне. Видимо, в РПЦ и УПЦ МП уже чувствовали, что их кампания по перетягиванию Афона на свою сторону – «пшик», и организовали . Причем тех же самых, которых еще несколько лет возносили как светочей православия. А неблагодарные светочи взяли, и посветили в другую сторону. В общем, вслед за Константинополем предсказуемо пал и Афон.

К этому событию, очевидно неизбежному после официального получения Украиной томоса об автокефалии, в УПЦ МП готовились загодя. Хотя томос с самого начала анонсировался как , и спикеры единственной канонической церкви убеждали колеблющуюся паству, что поместные церкви все как один будут против – томос таки дали, и процесс признания уже . Чем теперь удержать общины, на численности которых и базируется вся «каноничность» УПЦ МП?

Во-первых, переход общин (в терминологии УПЦ МП – «переход храмов», ибо вся история постсоветской церкви – это история обрастания имуществом) это «рейдерский захват». Парадоксально, но рейдером названа часть общины, владеющей храмом. Но мотивировать верующих лишь борьбой за кирпичи становится все сложнее, потому что в селах, где все связаны родственными отношениями, разделившиеся общины все чаще пытаются договориться о поочередном служении, как в случае конфликта в с.Гнездичном. Поэтому в ход пошли новые темники «не сильно-то нам эти ваши храмы и нужны». «Найголовніше – зберегти істинну віру. Як важливо це для нашого спасіння: істина й віра! Ні собор, ні стіни нам потрібні, а віра, молитва і любов один до одного» ( новоназначенного епископа Винницкого и Барского Варсонофия вместо «ушедшего в раскол» его предшественника Симеона по прибытии на место служения).

Во-вторых, это призыв «стоять за истинную веру». При этом никто не объясняет, в чем состоит истинная вера и неистинная вера – в контексте перехода в ПЦУ. Вот, к примеру, наместник Киево-Печерской лавры митрополит Павел (Лебедь) похвастался, что проклял строптивых музейщиков на смерть «во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа». И те взяли, да и умерли. Всего на совести смиренного раба Божия, , 11 смертей. Такой талант тянет на пожизненное. И не он один – . Священники пониже рангом предпочитают наносить сторонникам автокефалии визиты разной степени тяжести, грозя карами небесными за переход в ПЦУ. Видимо, это и есть истинная вера столпов канонического православия. В таком случае, «гонения» на нее можно приравнять к контролю за деятельностью гадателей, экстрасенсов и колдунов. Епископам Московского патриархата уже пора освоить привороты на любовь к своей юрисдикции.

В-третьих, Киевская митрополия оперативно организовала взятие присяг (письменных и устных) на верность митрополиту Онуфрию. С расчетом, что ее нарушение будет приравнено к клятвопреступлению. Почти 30 лет обкатанная технология.

Тут автора могут обвинить в тайном пристрастии к лженауке евгенике, но все происходящее очень похоже на естественный отбор. Потому что, сколько не борись с сектанством, мракобесием, религиозным фанатизмом и культом личности церковных деятелей, все равно есть прослойка верующих, для которых все вышеперечисленное и есть альфа и омега их веры. Забери у них что-то одно – и мир рухнет у них перед глазами. Здесь-то и появляются самые разные возглавляемые харизматичными лидерами апокалиптические культы, а вероучение в конечном итоге скатывается к пропаганде самоизоляции и классическому нью-эйджу. А что если не сработает установка на самозащиту из-за «гонений»? Каким еще креативом порадует руководство УПЦ МП? Призывами своих сторонников к массовому самосожжению «за един аз» устава общины? Иными словами, при значительном усилии гуру (и спонсоров этого гуру) такие общины, «сберегая истинную веру Христову», дружно пойдут по стопам «Белого братства». Но это уже другая история.

Читайте также: